Сегодня Golden Goose строит полноценный гардероб, сохраняя при этом производственную базу в Маргере. Вся обувь и ключевые позиции аксессуаров до сих пор собираются вручную на той же фабрике, где в 2000‑х годах осваивали ремесло местные мастера. Одежда (от плотных толстовок до структурированных пиджаков) развивает ту же эстетику намеренной небрежности, но не является приоритетом продаж, основную выручку по‑прежнему приносят кроссовки. В отличие от большинства конкурентов, где «ручная работа» остаётся маркетинговым тезисом, Golden Goose делает ставку на прозрачность: экскурсии на производство открыты для клиентов, а цеха расположены в том же здании, что и штаб-квартира.

Культурное измерение марки строится не на спонсорских проектах, а на интеграции искусства в собственную инфраструктуру. В бывшем промышленном порту, где находится штаб-квартира, с 2022 года работает пространство Haus – постоянная площадка для выставок, архитектурных интервенций и коллабораций. Например, в рамках Венецианской архитектурной биеннале 2025 там прошла выставка «Altered States» Марко Брамбиллы. Для бренда, выросшего из гаража, объединять производство, офис и культурное пространство под одной крышей не следование люксовому тренду, а естественное продолжение философии. Именно эта связанность, а не разрозненные атрибуты «итальянского качества», создаёт отличие, которое замечает целевая аудитория.